Takeda передает права на завод в Ярославле и портфель препаратов компании «Бинергии»

Takeda договорилась о передаче части российских активов группе «Бинергия», в том числе прав на коммерциализацию ряда розничных препаратов и производственной площадки в Ярославле. По данным участников рынка, с АО «Бинергия» может быть связана группа компаний, близкая к гендиректору «Черноголовки» Алексею Четвергову. На ярославском предприятии, в создание которого Takeda инвестировала более €117 млн, выпускается, в частности, готовая форма инновационного препарата Нинларо для лечения множественной миеломы; продажи этого препарата заметно выросли в последние месяцы.

Стороны сообщили, что подписано соглашение, «связанное с передачей прав на коммерциализацию отдельных препаратов розничного портфеля на территории Евразийского экономического союза» (Россия, Казахстан, Армения, Киргизия, Белоруссия), а также — о передаче производственной площадки в Ярославле. Представитель ООО «Бинергия Менеджмент» уточнил, что пока речь идет о соглашении о будущей сделке и что фактическая передача прав еще не состоялась: она зависит от положительного решения правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций. В Takeda подчеркивают, что возможная сделка не повлияет на операционную деятельность компании в России и что компания продолжит обеспечивать «непрерывность регулярных поставок лекарственных препаратов российским пациентам».

В список передаваемых прав, по сообщению Takeda, входят непрофильные для компании препараты, выпускаемые или импортируемые в Россию (в том числе «Актовегин», а также «Дексилант», «Контролок» и «Мезаванта»). Ярославский завод рассчитан на значительные объемы — до 90 млн ампул и более 3 млрд таблеток в год — и по госреестру лекарств задействован в выпуске нескольких торговых позиций, включая Нинларо, Актовегин и другие препараты по контракту.

Юридический контекст и мотивация сделки заслуживают отдельного внимания: любые передачи активов компаний из «недружественных» стран местным игрокам подлежат согласованию с правительственной комиссией, а решения по таким сделкам часто включают специальные финансовые условия (дисконт, обязательный взнос в бюджет) и KPI для нового владельца. Эксперты указывают, что передача части активов не обязательно означает уход иностранного игрока с рынка — часто это оптимизация портфеля, избавление от непрофильных активов или перестройка холдинговой архитектуры (подобные шаги предпринимали и другие зарубежные фармкомпании после 2022 года).

Практические последствия для рынка и пациентов будут зависеть от условий окончательной сделки и ее регуляторного оформления: ключевыми остаются гарантии непрерывности поставок, сохранение качества производства на площадке и соблюдение контрактных обязательств по препаратам с высокой терапевтической значимостью. Следует ожидать, что после окончательного перехода активов регуляторы и покупатель опубликуют подробные KPI и временные рамки, а фармсообщество будет внимательно следить за влиянием сделки на доступность инновационных и массовых препаратов в регионе.

+1